Открой цепочку опционов на эфир и найди два колла с одной датой экспирации. Страйк первого на десять процентов выше текущей цены, страйк второго на десять процентов ниже. Расстояние до рынка одинаковое, а премии отличаются в разы. Новичок в этот момент обычно решает, что где-то ошибка, или что дешёвый опцион «выгоднее». Ошибки нет, и дешёвый ничем не выгоднее: просто премия собрана из разных частей, и у этих двух контрактов пропорции частей разные. Я этими частями зарабатываю на жизнь: продаю коллы на эфир и живу на распаде премии. Так что разберу её на детали не по учебнику, а как человек, который каждый день смотрит, из чего сделан его доход.
Что такое премия опциона?
Премия опциона — это его рыночная цена: деньги, которые покупатель платит продавцу за право купить или продать актив на заранее зафиксированных условиях. Премия переходит продавцу сразу и остаётся у него при любом исходе сделки. Это не залог и не предоплата: если опцион истёк без исполнения, покупателю ничего не возвращают.
Само слово пришло из страхования, и параллель тут удачная. Страховой взнос тоже платят за право получить выплату при определённом событии, и он тоже сгорает, если событие не наступило. Продавец опциона по устройству работы ближе к страховой компании, чем к трейдеру из фильмов: собирает взносы со многих контрактов и отвечает деньгами, когда у кого-то наступает страховой случай.
Дальше премия живёт своей биржевой жизнью. У неё есть стакан, спред, котировки меняются каждую секунду. Купленный опцион не обязательно держать до экспирации: его можно продать по текущей премии, и заметная часть оборота на опционных биржах состоит именно из таких перепродаж. На Deribit, где крутится основная масса криптоопционов, премия котируется прямо в базовом активе: цена колла на эфир выражена в долях эфира. Поначалу это путает, потом оказывается удобным.
Единственное, что нужно держать в голове с самого начала: премия не однородна. Внутри неё лежат части с совершенно разным характером, и пока не видишь этих частей, поведение цены опциона выглядит как случайность.
Что такое внутренняя и временная стоимость опциона?
Премия раскладывается ровно на две части. Внутренняя стоимость — это выгода от немедленного исполнения: у колла это разница между ценой актива и страйком, когда актив выше страйка. Временная стоимость — всё, что в премии сверх внутренней: плата за оставшееся время, в течение которого цена может уйти дальше. Внутренняя стоимость либо есть, либо равна нулю, отрицательной она не бывает.
Условный пример. Эфир стоит 2000. Колл со страйком 1800 даёт право купить на 200 дешевле рынка, значит его внутренняя стоимость равна 200. Если такой колл торгуется по 260, то 60 сверху и есть временная стоимость. А у колла со страйком 2200 внутренней стоимости нет вообще: право купить дороже рынка само по себе не стоит ничего. Вся его премия, сколько бы за него ни просили, состоит из одной временной стоимости.
Отсюда и жаргон, который ты встретишь везде. Опцион «в деньгах» имеет внутреннюю стоимость. Опцион «вне денег» состоит из чистой временной. Загадка из начала статьи решается именно здесь: колл со страйком ниже рынка дороже, потому что в его премии сидит твёрдая, наблюдаемая внутренняя часть. Колл со страйком выше рынка стоит ровно столько, сколько рынок готов платить за шанс.
С внутренней стоимостью всё скучно: она считается на калькуляторе и ни от чьих мнений не зависит. Вся интрига премии живёт во временной части. Именно она отвечает за вопросы, которые бесят новичков: почему опцион подешевел при выросшем активе, почему премия скачет, когда цена стоит на месте, почему соседние страйки стоят непропорционально. У временной стоимости два главных рычага, и каждому нужен отдельный разбор.
Что такое тета и почему опцион дешевеет каждый день?
Тета — это скорость распада временной стоимости: сколько премии опцион теряет за один день при неизменной цене актива. Временная стоимость по определению есть плата за оставшееся время, и каждый прошедший день её уменьшает. Распад идёт неравномерно: у дальних опционов он почти незаметен, а в последние недели перед экспирацией резко ускоряется.
Логика без формул такая. Шанс, что цена дойдёт до страйка, зависит от запаса времени. За месяц эфир может оказаться где угодно, за день уже вряд ли. Каждое утро запаса становится меньше, значит шанс стоит дешевле. Никто не забирает эти деньги специально, они испаряются из премии сами, просто потому что календарь листается.
Ускорение к экспирации — самая коварная часть механики. Дальний опцион теряет за день долю, которую сложно разглядеть в котировках. Тот же опцион за несколько дней до экспирации теряет ощутимый кусок временной стоимости буквально за ночь. Привычка держать купленный опцион до последнего, «вдруг развернётся», стоит дороже всего именно в финале: там распад самый быстрый, и каждый день ожидания оплачивается по максимальному тарифу.
Для покупателя тета — это арендная плата за позицию. Для продавца те же цифры выглядят как начисление дохода. Когда я продаю колл, я по сути сдаю время в аренду: каждый спокойный день часть временной стоимости перетекает с чужой стороны сделки на мою. Про эту сторону подробно будет ниже, здесь достаточно зафиксировать одно: тета не бывает нейтральной, она всегда работает на кого-то из двоих.
Почему опционы дорожают перед новостями?
Потому что в премии сидит вменённая волатильность: оценка рынком того, насколько сильно актив будет двигаться. Перед значимым событием движения ждут все, это ожидание закладывается в цену, и временная стоимость раздувается. После развязки неопределённость исчезает, вменённая волатильность падает, и премия сдувается, иногда сильнее, чем добавило само движение цены.
Вменённая волатильность, в терминалах IV, это не прогноз направления. Рынку в этой цифре безразлично, вверх пойдёт эфир или вниз, IV измеряет ожидаемую амплитуду. Поэтому перед событием дорожают и коллы, и путы одновременно: страховка от движения стоит дороже, когда движения ждут все, в какую бы сторону оно ни случилось.
Отсюда классическая ловушка новичка. Человек покупает колл накануне важного релиза или решения регулятора. Событие выходит в его пользу, актив растёт, а опцион почти не двигается или даже дешевеет. Направление угадано, амплитуда нет: рынок ждал большего, IV после развязки сдулась, и это сдутие съело больше, чем принёс рост. Как устроен сам колл и почему угаданное направление не спасает от убытка, я разбирал отдельно: https://candevsdosomething.xyz/notes/opcion-koll-prostymi-slovami.
Практический вывод контринтуитивный: дорогой и дешёвый опцион меряются не в долларах, а в уровне IV. Опцион за 15 долларов может быть безумно дорогим, если заложенная в него волатильность нереалистична, а опцион за 200 дешёвым, если рынок недооценивает будущее движение. Сравнивать премии по абсолютным цифрам всё равно что сравнивать квартиры по цене, не глядя на метраж.
Для полноты картины: у премии есть и теоретическая цена. Модель Блэка-Шоулза существует с семидесятых и выводит справедливую стоимость опциона из цены актива, страйка, срока и волатильности. Считать её руками тебе не придётся: биржи и маркетмейкеры уже посчитали, а торгуешь ты в любом случае против стакана, а не против формулы.
Как на премию смотрит продавец?
Продавец получает премию в момент сделки и раскладывает её на те же части, только с обратным знаком. Внутренняя стоимость ему безразлична: это честный обмен, а не заработок. Временная стоимость — его доход, который начисляется распадом каждый день. А вменённая волатильность решает главное: когда товар продаётся дорого, а когда сделку разумнее пропустить.
Это не теория, а моя рабочая точка зрения. Я продаю коллы на эфир внутри проп-челленджей и живу на том самом распаде временной стоимости, о котором шла речь выше. Для покупателя премия — цена входа в ставку. Для меня она товар, который я произвожу и отгружаю: продал опцион, получил премию, и дальше время само доделывает работу. Все сделки, вместе с неудачными, лежат в открытом журнале: https://candevsdosomething.xyz/research/options/. Там видно, как эта механика выглядит в реальных цифрах, а не в условных примерах.
Теперь по частям. Внутренняя стоимость. Я часто продаю коллы в деньгах, то есть с большой внутренней частью, и на неё не рассчитываю вовсе. Получив её в составе премии, я взял на себя равное по размеру обязательство, так что через сделку она проходит транзитом. Заработок продавца сидит исключительно в том, что сверху.
Временная стоимость. Пока позиция открыта, каждый спокойный день тета работает на меня. Ускорение распада к экспирации, которое пугает покупателей, для продавца звучит как довод в пользу коротких сроков: я предпочитаю продавать там, где испарение самое быстрое. Это осознанный выбор со своими минусами, а не единственный правильный способ; как устроена продажа опционов целиком, читай в соседней статье: https://candevsdosomething.xyz/notes/prodazha-opcionov.
И вменённая волатильность. Она решает, когда вообще выходить с товаром на рынок. Высокая IV означает раздутую временную стоимость: за тот же срок и тот же страйк платят больше. Но тут нужна честность, без которой картинка получится рекламной. IV редко бывает высокой просто так. Если рынок платит дорого, он ждёт движения, и иногда дожидается: событие может забрать со счёта больше, чем принесла жирная премия. Продажа дорогой волатильности — это сторона сделки со своим списком рисков, а не кнопка обогащения. Мне она подходит по складу, кому-то не подойдёт совсем.
Что ещё спрашивают про премию опциона?
Кто вообще устанавливает размер премии?
Рынок. Премия — это точка, где в стакане встретились покупатель и продавец, как у любого биржевого инструмента. Теоретические модели дают ориентир справедливой цены, маркетмейкеры вокруг него котируют, но финальную цифру определяет спрос и предложение в моменте.
Может ли премия вырасти, когда цена актива стоит на месте?
Да. Если выросла вменённая волатильность, временная стоимость раздувается без движения актива. Работает и обратное: при неподвижной цене премия тает из-за теты. Опцион реагирует на время и на ожидания, а не на одну лишь цену, поэтому его котировка почти никогда не стоит.
Возвращается ли премия, если опцион не исполнять?
Нет. Премия уходит продавцу безвозвратно, это плата за право, а не залог. Единственный способ вернуть часть денег: продать опцион на вторичном рынке, пока в нём осталась хоть какая-то стоимость. Чем ближе экспирация, тем меньше там остаётся.
Почему коллы и путы на один страйк стоят по-разному?
Потому что страйк по-разному расположен относительно текущей цены: у одного из контрактов есть внутренняя стоимость, у другого нет. Вдобавок спрос на защиту от падения и ставки на рост редко бывают симметричными, и этот перекос тоже виден в премиях.
Я привык смотреть на премию как на товар со сроком годности: произвёл, продал, дальше время работает само. Покупатель смотрит на неё как на цену своей ставки, и обе точки зрения рабочие. Плохо одно: не иметь никакой, потому что тогда премия превращается в случайное число в терминале, а случайным числам рынок не платит.